Терроризм
27 сентября 2020 г.
В Чечне — коллективные наказания, в Москве — атаки на защитников прав человека
11 ДЕКАБРЯ 2014, АЛЕКСАНДР ЧЕРКАСОВ



4 декабря произошло нападение боевиковна Грозный, после чего Рамзан Кадыров сделал несколько громких заявлений. В том числе обещал, что теперь в рамках борьбы с вооружённым подпольем будут уничтожать дома родственников боевиков. Собственно, почти сразу после этого произошло уничтожение как минимум 9 домов. В скором времени Игорь Каляпин из Комитета против пыток написал заявление в Следственный комитет по статье 286 Уголовного кодекса: «превышение должностных полномочий». Указав, что непонятно, как меры коллективной ответственности и наказания согласуются с законодательством Российской Федерации. Рамзан Кадыров, в свою очередь, заявил, что ему достоверно известно, что боевикам помогал с финансированием некий Каляпин. В общем, ситуация накалялась.

Сегодня состоялась пресс-конференция, в которой участвовали Елена Милашина из «Независимой газеты», Светлана Ганнушкина, сам Игорь Каляпин, Татьяна Локшина, программный директор Московского бюро Human Rights Watch, и я. С самого начала мы заметили в пресс-центре каких-то мальчиков кавказского вида, говоривших по-чеченски, которые позже представились как члены Союза чеченской молодёжи. Какое-то время они пытались перебивать выступавших, их осадили, и тогда они прибегли к последнему доводу: быстро разрядили запас яиц, которые попали в Каляпина и в меня. И ретировались. Вызванная полиция зафиксировала все следы «кулинарного поединка», благо и номера машин доблестных рыцаркй, и марки были известны.

К счастью, эта кулинарная импровизация не смогла сорвать разговор о том, что происходящее не только незаконно, но даже не укладывается в указания Кадырова. Потому что жгут дома тех, кто не был убит в Грозном, а, по словам главы республики, погибли все боевики, штурмовавшие город. А главное, как говорил Талейран, это больше, чем преступление — это ошибка. Дома родственников боевиков жгут в Чечне как минимум с 2008 года, и это не помогает. То есть под видом новейшей панацеи нам пытаются представить старое, неэффектиное и преступное средство.

Главное, на что я теперь надеюсь, что нынешний случай не сможет, как случилось в предыдущий раз, когда под руководством «животного йеху» закидывали яйцами Алексееву и Пономарёва, увести разговор от действительно важной проблемы. Тогда это были пытки в колонии, а здесь — незаконные действия против терроризма, которые скорее способствуют его нагнетанию.

Теперь всё зависит от решения Кремля. Представьте себе ситуацию: летит глава самого стабильного и процветающего региона России в Москву, а тут выясняется, что в его столицу как раз в этот момент входят боевики. Он разворачивает самолёт, лично руководит боем на камеры, всё происходит весьма бестолково, Дом печати горит как свечка и, главное, выступление Путина проходит под канонаду. Нехорошо-с. Дальше начальство ждёт от него кровопролитиев, если цитировать Салтыкова-Щедрина, нужны какие-то решительные меры. И эти меры следуют.

Боюсь, что в Кремле ошибочность этого пути не понимают. Потому что произошла деградация власти, в результате которой эффектное принимают за эффективное. Но мы стараемся им это объяснять, как милиционеру из анекдота, медленно и по два раза.