Хозяева страны
21 января 2020 г.
Кремлю не нужно правосудие

ТАСС

Следователь в очередной раз пообещал отпустить Алексея Малобродского. Выяснилось, что для этого не требуется вовсе никакого решения суда, два последних заседания которого были превращены в жестокую пытку над подследственным. Следственный комитет вроде бы предлагал отправить под домашний арест, а судья как человек принципиальный тут же отказывала. Понятно, как это отзывалось в человеке, который почти год провел в тюрьме. В результате – сердечный приступ. За которым последовала еще одна история издевательств. Малобродского приковали к кровати в больнице. Ну, наверное, чтобы гарантировать, что он будет принимать все положенные лекарства. И вот теперь вдруг выяснилось, что все эти издевательства были совершенно излишни. Следователь мог отпустить Малобродского, лишь расписавшись на своем постановлении. «Процесс сбора доказательств по уголовному делу завершен и, находясь на свободе, обвиняемый никак не повлияет на результаты расследования», — заявляют в Следственном комитете. А неделю назад, получается, повлиять мог?

Совершенно очевидно, что под видом следственных действий происходила циничная и жестокая расправа над человеком, который не дал нужных правоохранителям показаний. Признаться, я совсем не уверен, что на этом издевательства закончились. Обвиняемый теперь будет ждать исхода апелляции на решение суда об отказе в изменении меры пресечения. Бог знает, какую гадость могут изобрести на сей раз молодцы в голубых мундирах.

ТАСС

Но даже, если Малобродского на самом деле решили выпустить на время из тюрьмы (впереди суд, и приговор точно не будет оправдательным), это решение уж точно не имеет отношения к отправлению правосудия. Можно только гадать, что послужило причиной. Может быть, судебный фарс в двух актах и наручники в больничной палате показались уж слишком вопиющими даже главной начальнице по соблюдению прав человека г-же Москальковой. Может быть, на решение следователя повлияли слухи о скором уходе г-на Бастрыкина с должности председателя СК. Может, все дело в том, что в провинцию отправлен некогда близкий к трону священник-консерватор.

Что бы ни было причиной, ясно: освобождение Малобродского (как и его арест) не является результатом правосудия. Это результат каких-то подковерных игр и секретных решений. И поэтому оно в любой момент может измениться на другое – прямо противоположное. За два десятка лет путинского правления в стране построена вполне эффективная карательная система, которая сделала так называемых правоохранителей – следователей, оперативников, судей и тюремщиков, – главными в стране. Власть даровала им право сажать в тюрьму, и их решение практически нельзя оспорить. По указанию свыше они сошьют дело любому. Хоть в измене родине, хоть во взятке в особо крупных размерах, хоть в присвоении госсредств – как начальство распорядиться, так и будет. Роль законодателей в такой системе сводится к тому, чтобы плодить все более репрессивные и все более безумные законы. Желательно с максимально расплывчатыми формулировками. Вроде тех, что содержатся с «антисанкционных» поправках в УК, которые предложены только что всем руководством Госдумы. После их принятия любая критика российского начальства может рассматриваться как пособничество проклятому Западу в введении санкций. С последующим сроком.

Понятно, что такая система в принципе отрицает любую модернизацию, любое развитие страны. Сколько триллионов Путин ни вбухает хоть в цифровизацию, хоть в строительство городских дорог – все будет напрасно. Ведь наивно думать, что, преследуя невиновных людей по приказу свыше, вся эта свора карательных органов забудет себя, любимых. А это будет означать: к любому успешному человеку всегда придет господин в голубом мундире, чтобы отнять. Зачем в таком случае успех? Зачем создавать проекты в Интернете? Зачем ставить спектакли? Лучше забраться в норку поглубже, чтоб никто не видел. Оттуда, из норки, открытий не сделаешь, новых производств не создашь. Но разве такое сидение в норке не является идеалом гражданской позиции с точки зрения Кремля?       


Фото: 1. Россия. Москва. Бывший генеральный продюсер компании "Седьмая студия", генеральный директор театра "Гоголь-центр" Алексей Малобродский, обвиняемый в хищении бюджетных средств, в Басманном суде перед началом рассмотрения ходатайства следствия о переводе из СИЗО под домашний арест. Александр Щербак/ТАСС
2. Россия. Москва. Машина Скорой помощи у здания Басманного суда, где рассматривается вопрос о смягчении меры пресечения экс-директору "Гоголь-центра" А.Малобродскому. Сергей Бобылев/ТАСС
















  • Николай Сванидзе: Мы видим стратегическую дестабилизацию власти в стране: она всё время подтачивается под одного человека, но этот человек конечен.

  • РИА Новости Крым: Из слов президента складывается впечатление, что Госсовет может стать своего рода третьей палатой парламента... Возможно, Госсовет станет своего рода ЦК или даже Политбюро.

  • Лев Рубинштейн: Я так понимаю, что любая организация, которую станет возглавлять П., автоматически становится самой главной?

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Я не устал! Я не мухожук!
16 ЯНВАРЯ 2020 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Помните, была такая частушка: «Встал я утром — здрасьте! Нет советской власти! Вот она, вот она»… Ну, и так далее. Главное достижение путинской администрации за двадцать лет — полная герметичность. В прекрасные ельцинские времена мы бы уже за две недели все знали — у меня бы давно телефон вскипел от сливов. Нынче — сюрприз вселенского масштаба…  Наша медийная песочница взорвалась: аналитики анализируют, обозреватели обозревают, корреспонденты корреспондируют, а политологи и обозревают, и анализируют, и даже корреспондируют! Ну, помолясь, и мы приступим (что, мы хуже других?)…
Прямая речь
16 ЯНВАРЯ 2020
Николай Сванидзе: Мы видим стратегическую дестабилизацию власти в стране: она всё время подтачивается под одного человека, но этот человек конечен.
В СМИ
16 ЯНВАРЯ 2020
РИА Новости Крым: Из слов президента складывается впечатление, что Госсовет может стать своего рода третьей палатой парламента... Возможно, Госсовет станет своего рода ЦК или даже Политбюро.
В блогах
16 ЯНВАРЯ 2020
Лев Рубинштейн: Я так понимаю, что любая организация, которую станет возглавлять П., автоматически становится самой главной?
Время в котором стоим
15 ЯНВАРЯ 2020 // АЛЕКСАНДР ЧЕРКАСОВ
Новости 15 января 2020 года – анонсированные Путиным изменения в Конституцию и объявленный Медведевым роспуск правительства – вызвали в обществе реакцию, пожалуй, слишком бурную. Такое впечатление, что одних эта отставка непременно затронет. Хочется спросить: «Что? Как? Предложат министерскую портфелю?» Другие провозглашают конституционный переворот, изоляцию, отмену прав и свобод и, вслед за Гомером Симпсоном, возносят клич «Мы все умрем!». Да неужели?
Новогодние подарки от власти
27 ДЕКАБРЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Прокурор Сергей Семеренко, вероятно, встретит Новый год дома, в кругу семьи, и, возможно, будет считать завершение уходящего 2019 года удачным, а свой статус государственного обвинителя по делу «Сети», о котором проинформирован президент России Путин, венцом своей карьеры. Накануне Нового года прокурор Сергей Семеренко потребовал семерым подсудимым по делу «Сети» от 6 до 18 лет лишения свободы. В том числе Дмитрию Пчелинцеву и Илье Шакурскому — соответственно 18 и 16 лет в колонии строгого режима. Дело «Сети» — одно из наиболее чудовищных проявлений произвола спецслужб и судебной системы путинского режима.
Прямая речь
27 ДЕКАБРЯ 2019
Николай Сванидзе: Власть к концу года внушает всё больше пессимизма, а общество – всё больше оптимизма. Власть... дистанцируется от законов и действует произвольно, а общество... всё больше пытается сопротивляться.
В СМИ
27 ДЕКАБРЯ 2019
Новая газета: Гособвинение попросило назначить наказание для обвиняемых по делу «Сети» (признана террористической и запрещена в России) от шести до 18 лет в колонии строгого режима...
В блогах
27 ДЕКАБРЯ 2019
Александр Морозов: Поскольку в стране "гонка репрессий" и каждый 25-летний ФСБэшник рвется по карьерной лестнице - то стряпаются чудовищные дела, с нарушением всех процессуальных норм...
Один день из жизни Владимира Владимировича
20 ДЕКАБРЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Вечер 19 декабря Владимир Владимирович собрался провести в Кремле, среди своих. В кругу новых дворян, которые составляют опору его режима. Только успел поздороваться с директором ФСБ Бортниковым и директором СВР Нарышкиным, как сообщили, что на родное ведомство совершено нападение, есть убитый сотрудник ФСБ и раненые. Нападавший, естественно, убит. Владимир Владимирович, конечно, понял, что это привет лично ему. В голове сбились в кучу тревожные мысли: «Возможно, у убитого стрелка были сообщники, а от Лубянки до Кремля совсем недалеко. В зале всего шесть тысяч чекистов плюс охраны еще тысяч десять. Можем не отбиться. Неужели конец?».