Что делать?
26 ноября 2020 г.
Демократия по-литовски
2 СЕНТЯБРЯ 2019, МИХАИЛ САРИН

ТАСС


Демократия, возникшая в древних Афинах и существующая во многих странах сейчас, всегда имеет два признака – свободу собраний и честные выборы. Третий признак, который является гарантом существования демократии, это реальная политическая конкуренция. Все остальное (разделение властей, независимый суд, свободная пресса) – это фактически результат наличия демократии. Если нет перечисленных признаков, невозможно достичь результатов ни по отдельности, ни вместе. Как обстоит с этим в России, судить российскому читателю. Я же хочу рассказать, как обстоит дело в Литве.

Сначала о свободе собраний. Считается, что размер греческого полиса определялся тем, что все население могло собраться на центральной площади. И принять то или иное решение. Правда, рабы в этом участия не принимали, но их за граждан не считали. В основе демократии с тех пор лежит право граждан на свободу собраний. Но вернемся к современности. Вот, что пишет в 2017 году сотрудник Бурятского государственного университета С.Ю. Колмаков в статье «Конституционные основы свободы собраний в странах постсоветского пространства»: «Совершенно по-особому свобода собраний регулируется в Литве. Ни в одной из стран постсоветского пространства не встретишь такой формулировки провозглашения свободы собраний: «Нельзя запрещать или препятствовать гражданам собираться без оружия на мирные собрания» (ст. 36 Конституции Литвы). Ее особенность в том, что свобода собраний не провозглашается на конституционном уровне, а защищается государством, не будучи декларированной, что соответствует естественно правовой концепции, которая предполагает, что права и свободы не предоставляются государством, а существуют в природе. Данное предположение подтверждается тем, что Литва – единственная из стран бывшего СССР, которая на конституционном уровне провозглашает основные права и свободы естественными. Так, ст. 18 Конституции Литвы гласит: «Права и свободы человека являются естественными»». У россиянина, прочитавшего эту цитату, естественно (употребим еще раз это слово) возникает вопрос, а как это соблюдается в жизни? 

Расскажу об этом на примере состоявшейся в Литве в 2018 году забастовки педагогов.  В конце 2018 года профсоюз работников просвещения (ПРП) потребовал с 1 января 2019 года увеличить зарплаты учителей на 20%. Министерство просвещения (МП) заявило, что для этого потребуется 285 млн евро, а в бюджете запланировано 187 млн. Чтобы выполнить требования ПРП, необходимо согласие всего правительства, а не только МП. Договориться ни с МП, ни с правительством не удалось. И педагоги объявили бессрочную забастовку. Вот заголовки сообщений в СМИ:

12 ноября. «Началась забастовка учителей».

27 ноября. «Забастовка продолжается. Учителя вышли на улицы».

3 декабря. «Премьер призывает бастующих педагогов вернуться в школы».

5 декабря. «Бастующие учителя обратились к президенту».

10 декабря. «Пошла пятая неделя забастовки учителей».

Дело дошло до того, что учителя заняли помещения МП и ночевали там, сменяя друг друга. При этом полиция их оттуда не выгоняла, хотя в «Законе о собраниях» запрещается проводить собрания в помещениях органов государственной власти и управления. Такая «мягкость» властей объясняется именно наличием политической конкуренции. 

Правительство коалиции аграриев и социал-демократов подвергалось настолько ожесточенной критике консерваторов, находившихся в оппозиции, что даже стало обвинять консерваторов в том, что это они организовали забастовку учителей, пользуясь помощью спецслужб России… Пришлось вмешаться президенту Дале Грибаускайте, которая объяснила премьеру, что в данном случае российские спецслужбы не при чем. Это один из примеров, показывающих, что политическая конкуренция и свобода собраний – вещи связанные. Чем же кончилась забастовка, в которой участвовали около 4000 учителей? Отставкой руководительницы МП. И последнее сообщение СМИ:

20 декабря. «…забастовщики покинули здание МП с песнями и благодарностями в адрес нового руководителя МП Рокаса Масюлиса. Профсоюзы и министр договорились, как усовершенствовать модель штатного расписания. Новый порядок вступит в силу с сентября будущего года». Явный компромисс – штатное расписание будет изменено в соответствии с требованиями протестовавших, но не с 1 января, а с сентября, что позволит правительству уложиться в бюджет 2019 года.

Теперь о политической конкуренции в Литве подробнее. Как и во всех республиках СССР, в Литве была одна партия – КПСС. Первым секретарем с 1988 года был Альгирдас Бразаускас, выпускник Каунасского политехнического института, прошедший все ступени партийно-хозяйственной лестницы (больше хозяйственной). Он пользовался в Литве достаточным уважением. В ходе процесса демократизации в СССР в Литве сразу же возникло движение «Саюдис», которое вначале называло себя Литовским движением за перестройку (ЛДП), хотя на самом деле ставило целью независимость Литвы. Компартия во главе с А. Бразаускасом поддерживала Саюдис, но выступала за постепенный выход из СССР. Так возникли две политические силы, которые ставили одну цель, но предлагали разные тактики.

Каждая имела свой круг сторонников, каждая имела своего яркого лидера (у Саюдиса это был профессор консерватории Витаутас Ландсбергис). Первое «соревнование» состоялось в ходе прошедших 26 марта 1989 года выборов народных депутатов СССР. Из 42 выделенных Литовской ССР мандатов 36 досталось кандидатам Саюдиса. Такую же убедительную победу они одержали на выборах в Верховный совет Литовской ССР 24 февраля 1990 года. Кандидаты Саюдиса получили 101 мандат из 141. На первом же заседании вновь избранного Верховного совета 11 марта 1990 года был принят Акт восстановления независимости Литвы. Оставшиеся в меньшинстве коммунисты поддержали это решение. 

Так в Литве сложилась система реальной политической конкуренции. Эта система показала свою эффективность через два года, на выборах в Сейм независимой Литвы осенью 1992 года. Партия коммунистов взяла убедительный реванш, получив 73 (из 141) депутатских мандата. Правда, к этому времени она уже была переименована в Демократическую партию труда Литвы (ДПТЛ). А на следующих выборах в 1996 году ситуация вновь изменилась. ДПТЛ получила всего 12 мест, а победу одержала партия Союз отечества – консерваторы Литвы, которая фактически была сформирована на базе Саюдиса. Она получила 70 депутатских мандатов. Такие «зигзаги» в настроениях избирателей вполне объяснимы. В 1989–1990-х  годах у всех было одно желание – независимость. Ее более уверенно обещал Саюдис. И независимость была объявлена. Последовавшие события – экономическая блокада со стороны СССР, трагедия января 91 года, распад СССР, экономические реформы, которые прошли в Литве одновременно с Россией с января 92-го – показали, что независимость не принесла мгновенного благосостояния. И люди вспомнили, что при секретаре компартии Альгирдасе Бразаускасе жилось получше… Вот бывших коммунистов и выбрали. А когда выяснилось, что и у них не особенно получается, настроения «качнулись» обратно. Политическая конкуренция позволила народу «менять власть» без «майданов» и демонстраций, через выборы.

К выборам в сейм 2000 года ситуация стабилизировалась. В Литве, как и в других постсоветских странах, заканчивался постсоциалистический переход, включающий в себя две последовательные фазы – трансформационную рецессию и восстановительный рост. Именно на первую фазу пришлось правление ДПТЛ, чем, возможно, и определилось ее поражение в 1996 году. А сменившие их консерваторы попали на вторую фазу, во время которой благосостояние улучшалось. Поскольку и независимость была уже несомненной, острота политической конкуренции снизилась. ДПТЛ получила 26 мест, а консерваторы всего 9. Зато на этих и всех последующих выборах появлялись новые партии, на которых избиратели возлагали новые надежды. В 2000 это были либералы, в 2004 – Партия труда. Тем не менее, конкуренция между левоцентристами, которых представляла все та же бывшая компартия, называвшаяся уже вполне традиционно – социал-демократы, и правоцентристами (бывшим Саюдисом), называвшимися не менее традиционно христианскими демократами, продолжалась. Новые партии примыкали к одним или другим. В 2008 году эти две партии опять поделили места в Сейме (христианские демократы – 45, социал-демократы – 25), а в 2012 разница составила совсем немного – 33 и 38 мест.

Сложилась система, о которой писал Егор Гайдар: «В условиях стабильного, богатого постиндустриального общества… как правило, формируются две противостоящие друг другу политические силы. … Партии правого центра отстаивают интересы налогоплательщиков, партии левого центра – интересы групп населения, получающих социальные выплаты и льготы или заработную плату за счет бюджета. Баланс сил и стабильность в этом случае поддерживается за счет периодической смены у власти партий, занимающих разные позиции по важным для постиндустриального общества вопросам» (Долгое время. Россия в мире. Очерки экономической истории. М.: Дело, 2005). 

Однако в 2016 году произошла неожиданность. 54 мандата получила Партия крестьян и зеленых, которые в прошлом Сейме имели всего 1 место! Можно предположить, что это проявление недовольства избирателей чередованием одних и тех же политических сил, разницы между которыми почти не видно. Такое недовольство явно проявляется во Франции, да и победу Трампа можно объяснить желанием чего-то нового. Трудно сказать, продолжится ли этот процесс или западная демократия вновь вернется к право-лево центристской конкуренции. Но то, что Литва вполне вписалась в эту западную систему, очевидно.

ТАСС

Интересны с точки зрения тенденции недовольства традиционными партиями и муниципальные выборы, которые прошли в Литве в марте 2019 года. Выбирали около 1500 муниципальных депутатов и 60 мэров городов. Мэры избирались прямым голосованием жителей, муниципальные депутаты – по партийным спискам. Интересны эти выборы и тем, что кроме партий кандидатов могли выставлять и Общественные избирательные комитеты. Это организации, которые формируют на время выборов те политики, которые не хотят выставлять себя от партий. При этом такие политики выставляли от этого комитета и свой список депутатов, чтобы в случае избрания иметь свою фракцию и в муниципалитете. Так вот, из 1500 избранных депутатов более 300 были кандидатами этих комитетов. Два кандидата в мэры Вильнюса, прошедшие во второй тур, баллотировались не от партий, а от своих комитетов. Этот результат говорит, вроде, о том, что две упомянутые «интересности» совпадают. 

С другой стороны, традиционные партии тоже получили 264 мандата (христианские демократы) и 259 (социал-демократы). И новая правящая партия, аграрии, получила 216 мандатов. Так что в Литве, как на Западе, что будет – неизвестно. То ли сохранится тенденция перехода от представительной демократии к реальному народовластию, то ли вернется система двухпартийной конкуренции. В частности, вопрос о введении в Литве двойного гражданства будет решаться не в Сейме, а путем референдума.  В заключение несколько слов о главных выборах, президентских. Литва – парламентская республика, реальное руководство осуществляет правительство, которое формируется Сеймом. За все время независимости в Литве было три президента. Сначала это был Альгирдас Бразаускас, общепризнанный лидер страны, который был президентом с начала 1993 до конца 1998 года. Последние годы его президентства пришлись на время правления консерваторов, которые всячески старались его дискредитировать. И он не выставил свою кандидатуру на следующий срок. Не выставил своей кандидатуры и лидер консерваторов Витаутас Ландсбергис. Президентом стал приезжий, американский литовец Вальдас Адамкус. После его первого срока президентом стал Роландас Паксас, но он был подвергнут импичменту меньше, чем через год (это отдельная история). После этого президентом вновь стал Вальдас Адамкус. И, наконец, последние 10 лет президентом Литвы являлась Даля Грибаускайте. В этом году прошли новые президентские выборы. Перед ними живо обсуждались итоги президентства Д. Грибаускайте. Вот несколько высказываний.

Лауринас Кащюнас, депутат Сейма: «Увы, обе каденции Д. Грибаускайте можно охарактеризовать одной фразой – нечуткость к людям. За десять лет бедность, расслоение и неравенство в Литве лишь усугубились». Витаутас Думбляускас доцент ун-та им. М. Ромериса: «За десять лет в литовской политике так и не появились личности сильнее ее. Поэтому она почти всегда была победительницей, хотя не всегда была права». Лаурас Белинис профессор ВГУ: «…десятилетие Д. Грибаускайте было не столько исторически значимым и драматичным, сколько стратегически недальновидным».

TASS

Как видим, солидные люди говорят совершенно свободно и разное. Встречаются в прессе высказывания и более восторженные, и более критические. Но никто никого за оскорбление власти не арестовывает. Литва – страна демократическая. И на новых президентских выборах, которые состоялись 12 мая, репутацию демократической страны Литва полностью подтвердила. Участвовало 9 претендентов. Лидировали трое – действующий премьер от правящих аграриев Саулюс Сквернялис, экс-министр экономики в правительстве консерваторов Ингрида Шимоните и независимый кандидат, известный экономист Гитанас Науседа (на фото). Двое последних и вышли во второй тур с результатами, отличающимися на 0,2%. Кандидат правящих остался на третьем месте. Второй тур состоялся через две недели. Убедительную победу одержал Гитанас Науседа, набрав почти 66%. Эта победа как будто подтверждает, что традиционные партии теряют популярность. С другой стороны, последующие события показали, что сами «традиционные политики» так не думают. В Сейме «заварилась каша» по формированию новой правящей коалиции. Фактически социал-демократы – трудовики потребовали себе должность спикера. И политики совершенно не думали о слаженности работы правительства, а «торговались» за должности. Новый президент «разрулил» ситуацию. Опять признак демократии – разделение властей… Спикер – аграрий остался на своем посту, новая правящая коалиция сформировалась из представителей четырех партий и образовала кабинет, который президент назвал «лучшим из тех, которые можно было сформировать». Ободренный этой прохладной оценкой, Кабмин приступил к работе…

Фото: 1. Lithuanians gather for an anti-parliament rally at Independence Square, in front of the Parliament Palace in Vilnius, Lithuania, Thursday, March 15, 2018. AP Photo/Mindaugas Kulbis/TASS
2. VILNIUS, May 7, 2019 A kid casts a vote for her mother in the presidential elections and two referendums in Vilnius, Lithuania, May 7, 2019. Advance voting kicked off on Monday in the Lithuanian presidential elections and referendums on dual citizenship and the number of parliament members. For the first time in Lithuania, the advance voting is held for five days. © Xinhua via/ZUMA Wire/TASS
3. Президент Литвы Гитанас Науседа. Mindaugas Kulbis/AP/TASS












РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Единый день голосования в Америке. Экономно, оптимально и демократично. А в СНГ?
23 ОКТЯБРЯ 2020 // ВАЛЕНТИН МИХАЙЛОВ
3 ноября — день выборов президента США. Среди многочисленных особенностей у американских выборов есть одна, которая в России остается в тени, не вызывает вопросов и обсуждения. В этот день будет избираться не только президент! Будут переизбраны весь состав Палаты представителей, треть Сената, губернаторы в одиннадцати штатах, члены парламентов штатов в 86 из 99 верхних и нижних палат, члены верховных судов в 35 штатах, будут проведены штатные референдумы и много разнообразных местных выборов.
Можно ли жить достойнее?
18 ОКТЯБРЯ 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Речь идет не о богатстве предпринимателя, согласного дать взятку чиновнику ради своих привилегий на рынке, и не о доходах чиновника, готового оградить взяточника от конкурентов, а об уровне жизни простых россиян, повысить который можно, только блокируя такие сделки. Уровень жизни народа во все времена зависел от сложившихся в стране отношений власть имущих и простых людей.
Время выбирать
28 СЕНТЯБРЯ 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Юноше, обдумывающему житье, решающему, какую карьеру делать, советую хорошо подумать, совпадают ли его собственные представления о добре и зле со взглядами начальства. Чтобы   интересы начальства не противоречили его совести. Обращаясь к людям, наше начальство очень любит называть себя «государством». Дескать, критикуя нас, вы выступаете против «государства»! На самом деле, «государство», как его определяет толковый словарь русского языка, — это всего лишь «политическая форма организации общества». Государство — это абстракция, это добровольно-принудительное соглашение. Соглашение, к которому людей принуждают те, кто обладает силой и влиянием. Соглашение, которое остальные принимают, полагая, что принять его надо. Иначе убьют или посадят.
Белоруссия 2020 и Перу 2000
25 СЕНТЯБРЯ 2020 // ВАЛЕНТИН МИХАЙЛОВ
Страны с авторитарным режимом по своему месту на карте и культурным традициям могут быть разными, но их судьбы можно описать одними и теми же словами. Проводить параллели. ПЕРУ. Тридцать лет назад, в апреле 1990 года, в первом туре выборов президента Перу Альберто Фухимори, малоизвестный ректор аграрного университета, удивил многих. Он неожиданно занял второе место, немного уступив Марио Варгасу Льосе, самому известному писателю страны, будущему нобелевскому лауреату по литературе (2010), который в 1975-м был избран президентом международного ПЕН-клуба и которого элита страны просто обожала.
Выборы и федерализм в США. Какая связь?
14 СЕНТЯБРЯ 2020 // ВАЛЕНТИН МИХАЙЛОВ
В России есть традиция каждые четыре года высмеивать Коллегию выборщиков – существенный элемент американских выборов. Скоро придет новая волна обсуждения этой темы. Можно не сомневаться, что выскажутся десятки экспертов и мы снова услышим упреки в недемократичности американской избирательной системы. Главный недостаток критики видят в том, что кандидат, получивший большее число голосов на всеобщих выборах, может и не стать победителем. Так было всего пять раз: три раза в 19 веке и два раза в этом.
Наша культура и наша коррупция. Сравним Россию со Швецией
4 СЕНТЯБРЯ 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Сегодня жители всех стран носят европейские одежды. Но по отношению к власти, к своим неотъемлемым правам, по способности отстаивать свои интересымногим далеко до европейцев. Некоторые народы живут в условиях современных феодальных или, как говорят политологи, «естественных» государств, в которых указание начальства важнее закона, выборы — бутафория, а статья конституции, гласящая о том то, что народ есть источник власти, — фикция. В этих странах иные обычаи, иная этика. 
Ухабы на пути к правосудию
27 АВГУСТА 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Дайджест по публикациям СМИ Нужен ли нам справедливый суд? Независимый от президента, министров, полковников и генералов? Большинство россиян ответят: нужен! Впрочем, так скажут далеко не все. У обывателя с совковой культурой всегда теплится надежда, что судебные дрязги его минуют. Он знает, что в России распоряжение начальства важнее закона. Ему нужно, чтобы начальство к нему хорошо относилось, а без независимого суда он и так проживет. Но жизнь наша усложняется. Развитие бизнеса, рынок, глобализация вынуждают россиян уходить от современных феодальных порядков.
О тупике кланового капитализма
24 АВГУСТА 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Протесты в Хабаровске и в Беларуси свидетельствуют, что постсоветские общества переходят на новый этап своего развития. Общества атомизированные, пораженные страхом, сменяются обществами солидарными. И у этих новых обществ, похоже, иные цели. Конечно, это уже не восстановление империи СССР и не противостояние с развитыми странами Запада. Это переход к реальному народовластию, обеспечение неотъемлемых прав граждан, в том числе права на честные выборы. Это наличие независимого и справедливого суда, реальные гарантии прав собственности. И все же важнейшим для многих остается вопрос об уровне их жизни.
Аресты губернаторов и реальность нашего федерализма
17 АВГУСТА 2020 // ВАЛЕНТИН МИХАЙЛОВ
Губернатора Хабаровского края Сергея Фургала задержали  восьмого июля.  Сразу же в городе начались протесты  и продолжаются уже более месяца. За что и против чего выступают хабаровчане? Ясно, против задержания Фургала федеральными властями. Но с другой стороны, протестующие фактически защищают один из основных принципов федерализма - разделение властей между субъектами федерации и федеральным центром. 
Клановый российский капитализм. Часть 2
6 АВГУСТА 2020 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Дайджест публикаций Леонида Косалса Кланы в современной России ведут свое происхождение с советских времен. Тогда неформальные отношения существовали на всех уровнях, снизу доверху, от заводского цеха до Политбюро. Эти многочисленные «тайные общества» были полностью закрыты для посторонних. Если «толкач» с одного завода ехал на другой, чтобы добыть дефицитный металл для простаивающего станка, то информация о том, сколько это стоило, кому именно пришлось оказать услуги или заплатить, не должна была «утекать» посторонним, так как это создавало реальную опасность попасть под пресс государства с лишением партбилета, открытием персонального или уголовного дела и другими репрессиями. Закрытые сообщества исполняли роль своего рода защитного механизма, который помогал человеку выжить в репрессивном государстве.